– Неужто?
– Знаешь, что с мясом происходит, если его в тепле оставить? – Дарий склонил голову к плечу, прожигая священника взглядом. – Так вот – я мясо.
– Дарий! – шикнула на него Варна.
– А что? Хотел ведь страшных историй, разве эта не самая жуткая? Нравится, отец?
– Ты юн и горяч, твои колкости меня не ранят. – Ефим выглядел скорее разочарованным, чем злым.
Дарий вскочил и вышел из дома, хлопнув дверью. Варна громко выдохнула, встала, налила себе травяного сбора и села на край стола.
– Вкусно пахнет.
– Сколько ему? Семнадцать? – Ефим открыл заслонку и взял в руки рогач.
– Через пару лет тридцать.
– Да что ты? А когда…
– Ему было чуть больше восемнадцати лет, ты прав.
– И он не стареет с тех пор?
– Как видишь.
– Страшное колдовство. – Священник поставил горшок на стол. – А еда? Есть ему тоже не нужно?
– Он мертв, отец. – Варна приподняла крышку и вдохнула крепкий мясной аромат. – Дарий не дышит, не спит, не ест, ему нужна только кровь.
– Господи спаси… – Ефим сел на трехногий табурет. – Какой ужас.
– Будешь причитать – он продолжит гавкать, в конце концов даже ты не выдержишь и завяжется драка. Я разнимать вас не стану, а у него, кстати, серп под плащом.
– Невзлюбил он меня.
– Ты живешь его жизнью. Накладывай, да побольше. – Варна кивнула. – Он не любит всех, кто способен взрослеть и выбирать свою судьбу.
Ненароком вспомнился Свят и их глупые пререкания. Взрослые мужики, а вели себя как дети. Но в конце Дарий повел себя по-взрослому, а ребенком оказалась она.
Варна вздохнула и принялась работать ложкой."
"О Святе никто не говорил, все считали его погибшим. Вот бы и ей жить в неведении! Да только он на ее глазах обратился в пепел и взлетел в небо, окруженный ведьмами. Дарий принял его выбор, а вот она не примет никогда.
– Что за камень у тебя на душе лежит? – Ефим налил ей еще отвара.
– Там не камень, отец. – Она вздохнула.
– Я старше тебя лет на десять всего, можешь звать меня по имени.
– За что тебя, такого молодого, сюда сослали?
– Не хотел силой людей в свою веру обращать, – спокойно ответил мужчина. – Упирался, упирался, а потом пришли Светозарные с посланием, дескать, пора, батюшка, уезжать, если жить хочешь. Я и уехал, терять мне нечего.
– Хм. – Варна пожала плечами, но ничего не сказала.
– А ты во что веришь? Я вижу письмена на твоем клинке, но…
– Мрачный Взвод стоит на границе миров, веков и верований, – отчеканила она. – Если Господь откликается на молитвы, охотник может использовать его силу, но и языческих оберегов мы не чураемся.
– Интересная у вас жизнь, опасная, но хоть со скуки не помрешь.
– Зато просто помереть как нечего дел…
Дверь открыли будто пинком – в дом ворвалась женщина.
