Конкретно эта уже не просто не устраивала, а адски бесила своей медлительностью и безмозглостью, одно в ней было терпимо, на нее мужики велись. Частенько присутствие Лидии во время переговоров благоприятно сказывалось на процессе, собственно, переговоров. Но пришла пора и с ней расстаться. Как вернется, уволит эту курицу к чертям собачьим.
— Хорошо, — снова расплылась улыбкой, — Кирилл Федорович тоже летит? — перевела масленый взгляд на Соколова младшего.
— Нет. Кирилл Федорович останется здесь за главного.
Через два часа Евгений был уже в аэропорту. И пока ждал посадку, не переставал созваниваться с Курковым — главным по технике безопасности. Все-таки ошибка оператора. А как результат — один рабочий погиб и два в тяжелом состоянии. За десять лет ни разу подобных случаев не было, но, как известно, все случается впервые.
Следующие четыре часа полета провел в полудреме. Надо было хотя бы немного отдохнуть, но голова раскалывалась так, причем с самого утра, что ни коньяк не помог, ни лошадиная доза аспирина, ни снотворное. А когда сознание погружалось в состояние болезненной дремы, перед глазами возникала та самая, которая исчезла из его жизни слишком внезапно и с концами.
— Твою ж, — протер глаза, после чего посмотрел в иллюминатор, за которым густые облака кучковались причудливыми гроздьями.
Пытался ли отыскать ее? Пытался, но не вышло при всех его связях. Первое время с ума сходил от этого бессилия, от злости, потом вроде смирился, перестал искать, постарался выбросить из головы. Не вышло. По сей день воспоминания о ней, о том утре, когда последний раз поговорили, дергают за нервы. А сейчас, когда летит в её родной город, треклятые воспоминания одолевают с новой силой.
Приземлившись, Соколов немедленно отправился в центральный офис, расположившийся в пригороде, где его и встретил Курков.
— Евгений Федорович, — пожал руку боссу. — Собрать народ?
— Это еще успеется, летим сразу на лесоповал, — всмотрелся в хмурое небо. На высоте в десять тысяч метров небо всегда идеальное, а тут…
— Я бы не советовал. Погода испортилась. Час назад мы возвращались, уже стоял густой туман.
— Да срать я хотел на твой туман. Можно подумать первый раз летим в непогоду.
— В таком случае без меня. Я должен еще составить протокол, отчитаться перед областными и как можно скорее.
— Без тебя так, без тебя, — махнул рукой. — Там ребята еще работают?
— Да. Все на месте. И оператор, и этот долбодемон бригадир.
И Сколов направился на вертолетную площадку. Туман действительно сгустился.
— Приветствую! — забрался в кабину, взял наушники.
— Доброго дня, Евгений Федорович, — отрапортовал пилот.
— Как вы скажете. Я бы не стал подниматься, не те погодные условия.
— Давай, давай… не дрейфь.
