По мне, начиная с ног, протопало наше откормленное на блинах и магии разноцветное чудовище и ткнулось мокрым носом в моё лицо.
— Мра-а-ар?
— Да-да, уже поднимаюсь, — тихо рассмеялась я и легонько подтолкнула кота. — Если слезешь с меня… Ох, Хмур, ты скоро будешь не бегать, а шариком кататься, и всё равно первым делом спозаранку приходишь за первым завтраком.
— Мр-у-у, — подняв пушистый хвост, поторопил он и спрыгнул на пол.
Я спустила ноги, о которые Хмур тут же начал тереться, и не сдержала улыбки. Казалось, что наше неожиданное спасение обожало опасную магию не меньше, чем блины. Лишь с котиком я могла не бояться, что случайно подожгу дом или взорву колодец. Поэтому, сосредоточившись на кончиках пальцев, принялась активно наглаживать животное. Как ни странно, это помогало пробудить силу Ральвины, и по коже рук начинали бегать то красноватые шарики, то синие молнии. Они оседали на искрящейся шкурке нашего питомца, который становился всё счастливее.
— Всё, — закончила я и отряхнула ладони, которые стали совершенно обычными, как у других людей. — Больше нет. Терпи до вечера.
Хмур, вильнув разноцветным хвостом, тут же ретировался из комнаты, — наверняка поскакал в подвал, где в благодарность за нашу заботу отлавливал мелкую живность и обеспечивал нам сохранность продуктов. Нам польза — ему десерт. И все довольны!
Я спустилась на кухню и при виде Беллы, которая копошилась у стола, удивлённо ахнула:
— Ты уже поднялась?!
— Доброе утро, Дуняша! — радостно обратилась ко мне девочка. Глаза её сияли восторгом, щёки раскраснелись. — Смотри, как я могу!
Она снова повернулась к столу, на котором стояла мраморная ступка, и подняла ладонь над тяжёлым пестиком, которым могла измельчать специи лишь я или же Алка. Внезапно, будто по команде, каменная толкушка шевельнулась и принялась долбить так быстро, будто заработал отбойный молоток, и над столом поднялось белоснежное облачко сахарной пыли.
Я затаила дыхание, не веря глазам, а девочка смущённо улыбнулась и, опустив руку, сжала дрожащими пальцами передник. Светлые волосы скользнули на её лицо, скрывая алые щёки.
— Получилась сахарная пудра для посыпки.
Приблизившись к столу, я заглянула в ступку, потрогала безжизненный пестик и покачала головой:
— Невероятно! — Посмотрела на довольную Беллу: — Как у тебя это получилось?
— Не знаю, — пожала она плечами. Девочка изо всех сил делала вид, что ничего особенного не происходит, но её лучащаяся счастьем мордашка выдавала истинные эмоции. Голос подрагивал от сдерживаемой гордости. — Я ещё несколько дней назад заметила, что после того, как поглажу Хмурика, могу что-то сдвинуть. Сначала соринки, потом расчёску, а теперь… Вот!
— И ты молчала? — я покачала головой с лёгким укором.
