Это делали либо с ненавистью, либо с опаской, оглядываясь по сторонам, но чаще с нескрываемым восхищением.
— Никогда не видела, чтобы он хромал. По-моему, трость — просто атрибут. Для устрашения.
— Не болтай ерунды, — подхватила блондинка с короткой стрижкой. Та самая, что мне не понравилась. Было в выражении ее лица что-то отталкивающее. — У него итак достаточно власти сломать кого-угодно. Наоборот, какая требуется сила, чтобы ежедневно преодолевать свою недееспособность.
— Сама ты недееспособная, Ульян, — съязвил Пашка. — Недееспособные — на голову больные. Хотя тебе, видимо, виднее.
Все громко заржали. Павел подмигнул мне, вгоняя в краску. Девушка же, прищурившись, насупилась. Поняла, что облажалась. И это понимание буквально сквозило на ее лице.
С одной стороны было даже занятно наблюдать, как она тут же постаралась перевести тему, скрывая свой промах, но в этот момент я отчетливо поняла, мне здесь не место."
"Я окинула взглядом комнату, в поисках Леси, но она куда-то испарилась. Все принялись играть в правду или действие. За полчаса я наслушалась пошлостей, насмотрелась диких танцев, оценила минимум три варианта стриптиза, в исполнении первокурсников, от которого все хохотали так, что тряслись стекла, но краем уха следила за разговором, периодически возвращающимся к компании Севера.
Вторым в ней был Антон Уваров. Девчонки его звали Тон, а парни — Страж. Почему, я так и не поняла, но, увидев сегодня, выяснять не имела не малейшего желания.
Он был следующим в иерархии после Севера, и как болтали, делал только то, что тот ему поручал. Если Севера боялись просто по умолчанию, то Страж был законченным садистом и мразью редкостной. Подонком без единого принципа и карающим мечом этого холодного королевства.
Кожаная куртка, пластыри по всему лицу, не заживающие костяшки пальцев. Даже самые отбитые ученики обходили его стороной.
— Я не знаю, что не так с этим парнем. Но по какой-то неведомой причине он никогда не снимает солнечных очков.
— Черт его знает. Может он вообще в розыске.
— Как-то один из новичков, решил выпендриться, и приперся на пары прямо в стеклах, за что его благополучно выставили за дверь. Когда он выкрикнул: «А почему Уварову можно, а мне нельзя», преподаватель ответил: «Потому!», и это был самый нелепый поступок со стороны лектора, что я когда-либо видела.
Еще был Макс.
Единственное, что я знала о нем до поступления, что он состоял в местной баскетбольной команде, которая трижды выбралась в четверть финал городских соревнований. Видела пару раз издалека. Сегодня я смогла оценить собственными глазами, почему девчонки шушукались о нем в раздевалках.
