Честно, мне не улыбалась мысль, что девчонка останется с нами, у меня из-за нее было море неприятностей. А если учесть возраст Миа Чиа – неприятности еще и будут, подростки – непереносимые создания. Но, с другой стороны, если бы не она, не стал бы я богоизбранным… Кстати, надо спросить у Илая.

Бочком я пробрался к нему и озвучил вопрос:

– Что ты думаешь об Авинском? Мне он показался нормальным, адекватным мужиком.

Лицо Илая вытянулось, он посмотрел на меня как на идиота.

– Что еще за Авинский?

Пришла моя очередь разевать рот. Или Илай решил играть с полным погружением в реальность, не портить себе впечатление об игре и попросил Авинского заблокировать ему память? Или самые страшные предположения верны: у меня начала медленно ехать крыша? Но все-таки Авинскому есть материальное подтверждение: чудесное исцеление Миа Чиа…

– Давайте убираться отсюда, – проговорил я чужим голосом. – Асины вряд ли согласятся признать в нас новых правителей. Надо рассказать горожанам, может, поднять бунт.

Ярина помогла встать Миа Чиа и повела ее к выходу.

Я покинул помещение последним – ошарашенный, со звенящей пустотой в голове. Илай ждал меня у выхода, положил руку на плечо и подмигнул:

– Насчет Авинского… я тебя разыграл: он и правда был.

Не сдержавшись, ударил его кулаком в живот, он сложился пополам, отдышался и сказал:

– Справедливо. Но твоя удивленная физиономия того стоила. Идем, нас ждет новая родина и великие дела!"