С тех пор я всегда осознаю, где она, что с ней, о чем думает. И если у нее неприятности, я тоже сразу чувствую это. Недавно также выяснилось, что я могу видеть призраков или духов, еще не покинувших наш мир. Мне это совсем не нравилось, и я всячески старалась закрываться от них. Такой феномен называется «поцелованная тьмой».
Наша психическая связь делает меня идеальным стражем для Лиссы, поскольку я мгновенно чувствую, если с ней что-то не так. Всю свою жизнь я обещала защищать ее, но потом появился Дмитрий – высокий, великолепный, страстный Дмитрий – и изменил все. Я оказалась перед ужасным выбором: продолжать защищать Лиссу или освободить душу Дмитрия. Необходимость выбирать между ними разбила мне сердце, порождая почти невыносимую боль и слезы. Расставание с Лиссой оказалось ужасно мучительным. Мы были лучшими подругами с детского сада, и мой отъезд стал шоком для обеих. По правде говоря, она никогда даже не предполагала, что такое возможно – свой роман с Дмитрием я держала в секрете. Он был моим инструктором, на семь лет старше меня и тоже должен был стать стражем Лиссы. Учитывая все это, мы оба упорно сопротивлялись взаимному влечению, зная, что обязаны сосредоточиться на Лиссе, и понимая, что личные отношения ученицы с инструктором могут обернуться большими неприятностями.
Однако необходимость воздерживаться от общения с Дмитрием – хоть я смирилась с этим – породила в моей душе обиду на Лиссу. Скорее всего, мне следовало рассказать ей обо всем и объяснить свою печаль из-за того, что вся моя жизнь распланирована заранее. Это казалось несправедливым – у Лиссы есть свобода выбора и в жизни и в любви, а я вынуждена приносить в жертву свое счастье, чтобы обеспечивать ей защиту. И все же… Она была моей лучшей подругой, и мысль огорчить ее казалась невыносимой. Тем более что Лисса в особенности уязвима – использование духа имеет скверный побочный эффект, способный довести до безумия. Поэтому я скрывала свои чувства до самого последнего момента, до окончательного взрыва, а когда это произошло, навсегда покинула Академию – и Лиссу.
Один из призраков, которых я видела, – Мейсон, мой друг, убитый стригоем, – рассказал мне, что Дмитрий вернулся к себе на родину, в Сибирь. Но куда именно в Сибирь, Мейсон не успел мне подсказать – вскоре после этого его душа обрела покой и покинула наш мир. Поэтому мне предстояло действовать вслепую, чтобы выполнить данное самой себе обещание.
Проведя несколько недель в человеческом мире, полностью предоставленная самой себе, я в конце концов оказалась в Санкт-Петербурге, полная решимости найти Дмитрия – хоть и опасаясь встречи с ним.
