Дадли подтянул сползавшие с толстого зада штаны.
— А чего ты так уставился на кусты? — подозрительно спросил он.
— Да вот прикидываю, от какого заклятия они сильнее вспыхнут.
С поросячьих щек Дадли сполз румянец, он отбежал назад и, заикаясь, проговорил:
— Ты… ты… не посмеешь. Папа сказал, будешь колдовать, он вы-выгонит тебя из дому. А… а куда ты пойдешь? У тебя и друзей-то нет!
— Джокер-покер, фокус-покус, фигли-мигли, — угрожающе затараторил Гарри.
— Мама! — завопил Дадли и понесся в дом. — Мама! Он занимается… сама знаешь чем!
Дорого заплатил Гарри за доставленное себе удовольствие. Тетя Петунья сразу поняла, что слова эти ничего не значат, что с ее сыночком ничего не случится, как, впрочем, и с живой изгородью. Но для острастки постаралась огреть племянника сковородой, так что Гарри едва от нее увернулся, да еще выше головы завалила работой.
— Пока все не закончишь, об обеде и не мечтай, — бросила она и вернулась к своим делам.
Дадли принялся за третий рожок мороженого, а Гарри взял губку, вымыл окно, машину, потом постриг газон, унавозил клумбы, обрезал и полил розовые кусты. Солнце палило нещадно, обжигая сзади шею. Оставалось еще покрасить скамейку.
Конечно, на Дадли не стоит обращать внимание. Но как не расстроиться от его слов? Может, и впрямь нет у него в школе друзей?
«Видели бы они сейчас, как знаменитый Гарри Поттер раскидывает по клумбам навоз», — горестно размышлял он. Спина уже еле разгибалась, по лицу градом катил пот.
В половине восьмого тетушка наконец позвала его.
— Иди ешь! Да смотри, наступай на газеты! А то еще нанесешь грязи.
Гарри вошел в прохладную, сверкающую чистотой кухню. На холодильнике высился праздничный пудинг: гора взбитых сливок, украшенная засахаренными фиалками. А в духовке аппетитно шкварчал в ожидании гостей свиной окорок. Тетя Петунья кинула на стол тарелку с двумя ломтями хлеба и куском сыра. На ней уже было вечернее платье цвета лосося.
— Давай быстрее, гости будут с минуты на минуту! — приказала она.
Вымыв руки, Гарри с жадностью набросился на скудный ужин. Не успел он проглотить последний кусок, как тетушка схватила со стола его тарелку и махнула рукой.
— Марш к себе! — прошипела она.
Проходя мимо гостиной, Гарри увидел дядю Вернона с сыном. Оба были в смокингах и галстуках-бабочках. Едва он поднялся наверх, как раздался дверной звонок. Дядя Вернон, идя открывать, еще раз напутствовал Гарри:
— Запомни, парень — хоть один звук…
Гарри на цыпочках вошел к себе в комнату, осторожно прикрыл дверь, повернулся и замер. На кровати у него кто-то сидел.
Глава 2
ДОББИ ПРЕДУПРЕЖДАЕТ ОБ ОПАСНОСТИ
Гарри чуть не ахнул от удивления, но удержался.
