Кажется, к Соне и моему сыну она никогда не изменит своего отношения, а это значит, что общаться с матерью я буду изредка и на нейтральной территории. К своей семье не подпущу.
Пусть Соня артачится и крутит хвостом, а я точно знаю, чего хочу. Создать с ней полноценную семью. И больше никому не позволю вмешиваться в наш брак и наши отношения. Будем только мы и наши дети.
Эпилог
Солнце печет, но у меня нет сил встать, и я продолжаю лежать на шезлонге, слыша, как заливисто смеется Димка каждый раз, когда Гордей подкидывает его над водой, и сын с шумом падает в бассейн.
Мы на отдыхе всего третий день, а Дима уже умеет плавать, быстро научившись урокам отца. Я же, несмотря на попытки Гордея увлечь в воду и меня, не особо горю желанием топтаться у бортика.
Жилет я забыла в номере, так что решила лишний раз позагорать перед обедом, а уже после мы отправимся на шаттле к морю.
Несмотря на то что отель мы выбрали не на первой линии к берегу, у него есть неоспоримое преимущество перед множеством других. Целая система бассейнов и горок — целый рай для ребенка, для которого и затевалась, по моему мнению, вся эта поездка.
— Мам! Ты вся сгоришь! — кричит Дима, когда они выходят из бассейна.
Я приоткрываю один глаз и закрываю лицо ладонью, чтобы солнечные лучи не падали на меня напрямую.
— Крем от загара мне в помощь, сынок. Наплавался?
— Да. Меня папа научил по-собачьи плавать.
— Здорово.
Когда следом за сыном из бассейна выбирается и Гордей, нужда в ладони отпадает. Он встает аккурат передо мной и заслоняет собой солнце.
— Димка подустал, да и я что-то проголодался. Хочешь еще позагорать, или в номер к обеду переодеваться?
Глянув на часы, решаю не отставать от них и иду следом. Несу в руках лишь свое полотенце, а всё остальное тащит, как отец семейства, Гордей. Я вижу, какими взглядами нас провожают постояльцы, и каждый уверен, что мы настоящая семья.
Больше всего на море нравится сыну, а я каждый вечер стараюсь уснуть вместе с ним, чтобы не оставаться наедине с Гордеем. По взгляду понимаю, что он уже который день хочет завести со мной разговор тет-а-тет, а я избегаю этого. И не потому, что не знаю, как отреагировать и что ему сказать. Нет. Просто меня бросает в дрожь всякий раз, когда я думаю о том, что моя жизнь больше не будет прежней.
На четвертый день в глазах бывшего мужа загорается решимость, так что к вечеру, когда сын засыпает, я встаю и иду к Гордею, который расположился во второй комнате.
Он не спит, сидит в кресле и читает что-то в телефоне, но как только я вхожу, откладывает смартфон в сторону и поднимает взгляд.
— Решила выбраться из своей скорлупы, трусишка?
Я краснею, так как он видит меня насквозь.
