— Ещё как надо! Эта тварь должна была охранять отца!

— А Саблеслава хоть красивая? — неожиданно спросил Павел. — Я не хочу жениться на уродине.

— Лет пять назад была очень даже миленькой. Я встречал её на балу у Великого Князя. И уже тогда было видно, что она станет настоящей красавицей. Но какая разница? Даже будь она уродливой старухой! Тебе не обязательно её любить. И уж тем более она не будет любить тебя. Не после разгрома её легиона и захвата княжества.

— А ты уверен, что нам хватит сил? — с сомнением спросил младший.

— Хватит. У неё всего один легион, который не ждёт нападения. Наши два легиона его попросту раздавят. А боярское ополчение княгиня собрать не успеет. Не зря же я заплатил такие деньги за эти артефакты, что скрывают наше продвижение.

— Это да, — протянул Павел. — Мне кажется, что если к той сумме, что ты отдал, добавить ещё чуть-чуть, то княжество не обязательно даже захватывать. Можно было просто купить.

— Зато нас до сих пор так никто и не заметил, — улыбнулся князь. — Остался всего лишь один переход. Завтра утром мы раздавим легион Ульчинской и ворвёмся в город. Спасти их может лишь чудо!

— Почему обязательно утром? Разве нельзя немного подождать? Нашим людям хорошо бы отдохнуть.

— Эти чёртовы артефакты разряжаются, — вздохнул князь. — И быстро перезарядить их не получится. Так что сходу в бой.

Глава 22

Когда я и моя жена расходимся во мнениях,

мы обычно поступаем так, как хочет

она.

Жена называет это компромиссом.

Марк Твен

Услышав кто именно виновен в смерти моего человека, я растерялся. Но сильно удивиться не успел, потому что Сильнов шагнул к Васильеву и ударил его кулаком в ухо.

— Имя говори, паскуда! — прорычал дядя Саша. Но пленник лишь расхохотался, каким-то совсем безумным, каркающим, смехом. Так и не дождавшись ответа, Сильнов повернулся ко мне и пояснил: — Это не Данислав Соболь, а Александр.

— Тот дурной племянник? — вспомнил я.

— Он самый. И именно он сговорился с Лоскутовым и Васильевым.

— Зачем ему это?

— Расскажешь? — снова повернулся к Васильеву Сильнов.

— Да пошёл ты! — пленник выплюнул ему под ноги кровавый сгусток.

— Тогда я сам. Дело в том, Маркус, что виноват в этом ты сам. Точнее — твои слова про княгиню. Вот младший Соболь и обиделся. И решил таким образом отомстить. А так как он в курсе многих дел своего дяди, то сразу же нашёл нужных людей. Но ты спутал ему все карты тем, что сдал Кусаинова княгине. Иначе в данный момент мы бы не Васильева допрашивали, а участвовали в родовой войне.

— Но он всё равно решил убить Бэй Линя? — удивился я.

— Уж сильно обидчивым оказался, тварь, — недовольно пробурчал Скворцов. — Ну и рассчитывает на защиту своего рода.