Окно узкое, зарешечённое железной сеткой, стекло мутное, еле свет проходил, что за раритет?!
Стены каменные, серые, снизу панели из мореного дерева, стол стоял старинный, такие раньше у аристократов были, сундук большой с узорами железными. Парочка дверей, нужно проверить, не открыты ли. А потом я запоздало испугалась и сразу же разозлилась.
А ведь меня похитили! И сон тот не сном был! Меня нагло поимели! Ох и доберусь я до тебя, извращенец, лопатой приголублю!
Я хотела быстро слезть с кровати, но не тут-то было: ноги, спелёнутые простыней, не слушались, а руки, словно культяпки, не желали упираться и держать тело. Я с удивлением посмотрела на руки и в который раз удивлённо замерла. А руки-то не мои! Мало того, что похитили, так ещё и руки другие пришили! Я помахала конечностями, которые вяло трепыхались и не реагировали на желания ухватить край простыни.
— Кругом одни бракоделы, даже руки пришить нормально не смогли, — сказала я хрипло-звонким голосом.
Тут же схватилась за горло, вернее, попыталась. Пальцы-то не работали, и мозги еле шестерёнками шевелили.
— Кхе, кхе, не в пень, а в колоду, что тут творится?! – попыталась снова слезть с кровати, во время трепыханий увидела, что у меня ещё и волосы чужие: длинная, толстая коса, как змея, упала на грудь…
И грудь не моя! Покраснела, вспоминая ощущения, как чужая рука сжимала и гладила эту самую грудь, и попыталась пока выкинуть это всё из головы. Дойдём и до насильника…
Я замерла, пытаясь привести себя в чувства. Так, Ирина, просто выдохни и подумай. Ты легла спать поздно, сердце болело, а голова как чумная была. Думала, что опять простыла, заснула.
Нет, не сон это, тут же поправляю.
Я опять посмотрела на руки и, сжав зубы, попыталась пошевелить пальцами. Удалось это, надо сказать, не с первого раза, но зато удалось. Ага! Я аккуратно захватила простынь и убрала подальше с ног. Ноги тоже не мои, кстати, ровные, стройные, без толстых вен и грубых пяток, сколько ни ухаживай, всё равно сушит.
Я вздохнула.
— Пора признаться себе, Ирина Петровна, ты просто сошла с ума, — сказала я чужим голосом на чужом языке. – Или… как твои любимые попаданки, попала.
Только я любила о космосе читать: корабли, бороздящие чёрную бездну космоса, лихой инопланетянин, желающий тебя похитить и сделать своей.
Я хмыкнула. Кораблей с инопланетянами не наблюдалось."
"Пока я раздумывала, в дверь комнаты кто-то постучался, а потом её открыли, и вошла женщина в сером простом платье до пола, белом передничке, на голове огромная шапка-капор с рюшами. Она поклонилась и посмотрела на меня уставшим взглядом мутно-серых глаз.
— Госпожа Альрина, воду умываться подавать?
— Подавай, только у меня руки-ноги не слушаются, — сказала я нейтральным голосом.
