– Я позабочусь, чтобы наглая дворняга обзавелась надлежащим жилищем вне дома, когда мы переберемся в Коннектикут, – пообещал рассерженный Трейгер.

Разгладив морщинки у него на лбу, Сирена привлекла мужа к себе.

– Мы прямо сейчас займемся проектированием будки для Барона или продолжим то, чем занимались?

– Пожалуй, будка подождет… как и все остальное. – И, прильнув к розовым лепесткам ее губ, застонал от жгучего желания обладать своей русалкой. – Боже, как я соскучился по тебе!

Сознавая, как близок был к тому, чтобы потерять ее навеки, Трейгер вспомнил первый поцелуй Сирены. «Впро­чем, каждый раз у нас все будто впервые», – подумал Трейгер, чувствуя, как покалывает кожу от трепетных при­косновений нежной руки к его мускулистому телу. Неуже­ли так будет всегда? Ответ пришел незамедлительно, но Трейгер мгновенно забыл обо всем, отдавшись невероят­ным ощущениям, возносившим его к далеким звездам.

Дикая роза, спрятав шипы, научила его чуду любви. Ему не хватит и сотни лет, чтобы разгадать все ее тайны и постигнуть переменчивый нрав.

– Я люблю тебя, – сорвалось с его губ, покрывав­ших пылкими поцелуями точеные плечи Сирены.

– И я люблю тебя, – прошептала она, перед тем как ускользнуть за грань реальности.

Мятежник стебель сжал, унизанный шипами,Со сладкой болью розу поднося к груди.Устало сердце от невзгод и испытанийИ потянулось трепетно к любви."